shapka

Суббота, 10 Ноября 2018 07:45

Церковь не одолеть

Оцените материал
(0 голосов)
Церковь не одолеть Фотограф: Антоний Тополов

На вопросы ведущих программы «Наша вера» Рязанского епархиального радио Елены Цыгановой и Дины Ветровой отвечает митрополит Рязанский и Михайловский Марк.

- На заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 15 октября 2018 года в Минске было принято Заявление Священного Синода о невозможности дальнейшего пребывания в евхаристическом общении с Константинопольским Патриархатом. Со своей стороны Константинопольский Патриархат сделал заявление о том, что не прерывает своего общения с Русской Православной Церковью. Как соотносятся между собой Поместные Церкви и есть ли хоть какие-то исторические либо канонические основания, чтобы Константинопольский Патриарх авторитарно вторгался в жизнь других Церквей?

- Конечно, нет. На протяжении истории Константинопольский Патриарх был первым среди равных. Особенно он возвысился, когда Константинополь был столицей восточной Римской империи.
В то время Патриарх Константинопольский имел больший вес, большее значение, чем прочие епископы и даже Патриархи. Когда турки завоевали Константинополь, фактически Константинопольский Патриарх стал не только Патриархом, но и этнархом, то есть главой греческой нации (от слов этнос – народ, народность и архи – глава, повелитель). Он обладал фактически административной властью над Антиохийским, Александрийским и Иерусалимским Патриархами. Многие из них жили часто и подолгу в Константинополе и были его подчиненными. Последствия этого ощущаются до сих пор.

Сейчас, хотя каждый из Патриархатов независим (в Александрии, Иерусалиме, Кипре, в Элладской Церкви), тем не менее, Константинопольского Патриарха они воспринимают как некоего старшего брата.

В Элладской Церкви, например, нет своего Патриарха. Да, там есть Синод, есть представитель Синода, но все-таки они воспринимают для себя голос Константинопольского Патриарха как нечто более важное, чем голос своих архиереев.

Конечно, у Константинопольского Патриарха нет тех прав, которые он сейчас пытается себе присвоить. Это проявление восточного папизма. Были попытки наладить диалоги разного формата, в том числе, между Православными Церквами и католиками. В ходе подобного общения озвучивались следующие идеи: быть католиком – это значит иметь общение с Римом, а быть православным – значит быть в общении с Константинопольским Патриархатом.

Такие вещи, конечно, с точки зрения православной экклесиологии неприемлемы, потому что были случаи, когда Константинопольские Патриархи впадали в ересь. Митрополит Исидор, например, грек по национальности, который был предстоятелем Русской Церкви, поехал на собор в Феррару и подписал унию с католиками. Конечно, он не был единственным, кто это сделал, да в итоге и греки ничего не получили из того, что хотели. Но факт – Православию они изменили.

Сейчас, наверное, самая активная экуменическая деятельность с католиками и протестантами – у Константинопольского Патриарха. Неоднократно были случаи совместной молитвы с католиками и протестантами, что многими воспринимается как измена и нарушение канонов. Этим именно отличается Константинопольский Патриарх.

Это желание стать "православным папой", с одной стороны, а с другой – это церковный либерализм и некая политизированность.

Были, кстати, Патриархи, в отношении которых говорилось однозначно, что они были масонами. К примеру, Патриарх Афинагор, который прилетел в Турцию на самолете американского президента.

Мы видим, как различные силы пытаются влиять и воздействовать на православный мир через слабые звенья, в том числе через Константинопольского Патриарха. Ведь неслучайно в свое время произошло разделение Православной Церкви из-за богослужебного календаря. А вопрос с календарем продвигался в большей степени именно Константинопольским Патриархом.

- Не только среди верующих, но и среди светских людей идут рассуждения о том, что политика сыграла в этой ситуации не последнюю роль...

- Конечно, так оно и есть! Мы слышали заявление из Госдепартамента США, где говорилось, что они поддерживают это желание расколоть Русскую Церковь. В такой ситуации любая поддержка любых сил – приветствуется.

- И еще одна тема, неизменно вызывающая затруднения и недоумения – это религиозные объединения на Украине, раскольничьи течения и т.д. Тут и «филаретовцы», и униаты… Как объяснить человеку, далекому от всего этого, почему там сложилась такая ситуация?

- Ситуация простая. Дело в том, что униаты существовали исторически. В свое время их достаточно жестко приструнил Сталин, потому что они занимали антисоветские позиции. Сегодня униаты снова активизировались. Кроме того, когда Украина стала самостоятельным государством, архиереи Русской Православной Церкви не захотели воспринимать в качестве своего предстоятеля тогдашнего митрополита Филарета (Денисенко), нынешнего раскольника и лжепатриарха. Причины этого неприятия заключались в том, что он не хотел довольствоваться местом митрополита, но желал быть предстоятелем, фактически, самостоятельной, независимой Церкви.

И вот на Соборе в Москве он пообещал на кресте и Евангелии, что уйдет с поста Киевского митрополита и будет простым епархиальным архиереем. Но по возвращении взял свои слова назад. Его поддержал тогдашний президент Украины Леонид Кучма. С этого и начался раскол.

Потом возникла еще и другая ветвь раскола. Практически все здравомыслящие архиереи остались в единстве с Московским Патриархатом. А отщепенцев все это время, с 90-х годов, никто не признавал – ни Константинопольский Патриархат, ни Антиохийский, ни какой-либо другой.

- Как жила Русская Православная Церковь на Украине все эти 30 лет?

- Очень трудно. Помню, я нес послушание в Иерусалиме, и туда два раза в год приезжал Блаженнейший митрополит Киевский Владимир (Сабодан), ныне покойный. Для него это было отдохновение. Это был человек с тонкой душой. Он рассказывал, как было тяжело, как на него давила власть – то Кравчук, то Ющенко. Каждый президент в той или иной степени выдвигал свои требования. Для митрополита Владимира это была Голгофа! Он приезжал на Святую Землю, чтобы там помолиться, чтобы почувствовать себя вне этого состояния.

Большая часть православных и раньше поддерживала, и сейчас продолжает поддерживать Украинскую Православную Церковь Московского Патриархата. А политические силы поддержали раскольников, они желали обеспечить баланс, хотя у раскольников было немного приходов и священники, как мы говорим, не настоящие. Но власть старалась поставить знак равенства между канонической Церковью и раскольничьей и относилась одинаково ко всем.

- Если раньше Константинопольский Патриархат публично признавал главой Украинской Церкви митрополита Онуфрия, как могло такое произойти?

- Вопрос, опять-таки, политики. Но есть и еще один момент.

Люди из делегаций Константинопольского Патриархата, приезжая с визитами в пределы других Поместных Церквей, говорили, неофициально, конечно, что Патриарх Варфоломей обиделся на Патриарха Московского и всея Руси Кирилла за то, что Русская Православная Церковь не приняла участие в Критском соборе. Человеческие эмоции оказались двигателем процесса.

Дело в том, что созыв Всеправославного Собора для Патриарха Варфоломея был очень важен, фактически, был делом всей жизни. Подготовка к собору шла еще в 60-х годах, но тогда задуманное не удалось осуществить. Когда же он состоялся, в нем была масса недоработок, да и сами документы были «сырые». Многие тогда не приехали, и это глубоко обидело Константинопольского Патриарха.

- Владыка, чем обусловлено столь ярко выраженное желание автокефалии именно на Украине? В чем особенность положения Украинской Православной Церкви, и что принесла бы ей автокефалия?

- Украинская Церковь Московского Патриархата живет самостоятельной жизнью. Все решения, включая кадровые, Украинская Церковь принимает сама. Вместе с тем, эта связь позволяет Украинскому митрополиту и всему епископату влиять на жизнь Русской Церкви. Украинские архиереи участвуют в соборах, они наравне с другими архиереями избирали нынешнего Патриарха. Епископ города Киева, митрополит Онуфрий, является постоянным членом Священного Синода, принимает участие в принятии самых важных решений, касающихся жизни Церкви и в России, и на Украине, и по всему миру. Фактически, если бы Церковь на Украине была автокефальной, то уже не было бы столь тесного общения между нами, усилилось бы разделение между Церквами. Никто из архиереев Украинской Церкви Московского Патриархата никогда не просил автокефалии. Это часть Русской Православной Церкви. Мы один народ. Зачем его искусственно разделять?

А вот то, что навязывает Константинополь, – в реальности вовсе не независимость, не «автокефалия», а фактически прямое подчинение Константинопольскому Патриархату.

- Что будет дальше на Украине – с людьми, с храмами, святынями? Чего ожидать в условиях, когда светская власть поддерживает, скорее, раскольников?

- Да, нынешняя власть действительно, скорее, поддерживает раскольников, хотя Петр Порошенко до того, как стал президентом, ходил в храмы канонической Церкви, даже стремился поддержать одного из архиереев, чтобы тот стал предстоятелем. То же самое в отношении многих других политиков, например, Юлии Тимошенко. Но политика делает свое дело.

К тому же нынешняя власть крайне зависима от того, что говорят из-за океана. Петра Порошенко можно назвать марионеткой США.

- А как врачуются подобные разрывы?

- Все зависит от того, как поведут себя православные верующие. Если они будут едины, то, даже если раскольники получат бумажку, которая называется автокефалией, это не приведет ни к каким изменениям.
Если раньше еще были какие-то ожидания благоразумного отношения, то теперь все ясно. Когда человек, анафематствованный Церковью, являющий даже более агрессивную линию поведения, чем политики, признается в сущем сане, – то открывается истина. И попытки выставить ложь как правду уже не выдерживают никакой критики.

Вопрос в том, доколе украинский народ будет терпеть иноземных наемников, которые в случае какой-либо опасности сразу же улетят в безопасные для них страны.

- Какие слова утешения можно сказать тем, кто с тревогой наблюдает за развитием событий?

- Конечно, самое главное – молитва! Знаете, многие, увидев на празднике преподобного Сергия митрополита Онуфрия благодушным и улыбающимся, были удивлены. Его спросили – как такое возможно? А он ответил, что не люди управляют Церковью, а Господь, и поэтому именно людям важно от нее не отпасть. И еще он сказал, что надо надеяться на милость Божию, ведь Господь – Глава Церкви, а мы – всего лишь чада, исполняющие свою миссию!

По материалам сайта Рязанского епархиального радио

Прочитано 47 раз Последнее изменение Среда, 07 Ноября 2018 20:57
Другие материалы в этой категории: « "Расскажи, как ты жил(а)..." Разберутся без нас? »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены