shapka

Суббота, 30 Декабря 2017 08:41

Священники графского рода

Оцените материал
(0 голосов)
Священники графского рода Фотограф Антоний Тополов

Почему человек стремится больше узнать о происхождении своей фамилии, изучить свою родословную? Наверное, он хочет построить свою жизнь по примеру тех, кто жил на Земле до него, кто вдохновлял и наставлял на путь истинный.

История моей семьи тесно переплетается с историей России. Наша фамилия ведет начало от графа Александра Егоровича Тимашева, который был министром финансов при царе Александре II (когда мой папа занимался нашей родословной, то в архиве видел деньги, подписанные рукой графа Тимашева).

Природа одарила графа Тимашева многими талантами, он занимался живописью и скульптурой. Но главное, по словам его современников, Александр Егорович был бескомпромиссным и честным человеком, служившим на высоком посту во благо России. Самые лучшие качества старался он передать своим детям, внукам и правнукам, среди которых впоследствии оказались мой прадед и дед. С их судьбой я очень хорошо знакома, со слов родных, чьи рассказы передаются из поколения в поколение.

Помню, когда первый раз я услышала от папы трагическую историю жизни протодиакона Николая и протоиерея Алексея Тимашевых, то не могла удержаться от слез…

… Вот передо мной старинная фотография. На ней ― духовенство Уфимской епархии во главе с епископом Антонием Храповицким. Третий слева в верхнем ряду мой прадед ― протодиакон Николай. Какое молодое одухотворенное лицо! Только вот глаза немного грустные, как будто бы наперед знает он о своем трагическом пути…

Отец Николай был ярким и сильным человеком (сильным физически и духовно). Во время службы его мощный бас величественно звучал под сводами собора. Был он еще и регентом, часто проводил спевки у себя дома. Может быть здесь и приохотился к пению его сын Алексей, мой дедушка…

графский род2

…Революция 1917 года ворвалась в Уфу! Жарким жестоким пламенем опалила она семью Тимашевых. Одним из первых был арестован отец Николай, ему предстояла долгая ссылка.

На вокзале, куда согнали арестованных, чтобы отправить их в Сибирь, было так много народа, что прабабушка Мария не могла увидеть мужа. Она звала его, кричала, плакала ― все было безрезультатно. Поезд тронулся, стал набирать ход. В одном из товарных вагонов двери оставались открытыми. Вдруг в проеме появилась высокая статная фигура и зычный, красивый бас, столь знакомый уфимцам, перекрыл суетные звуки вокзала: «Маша! Мария!...» Широко раскрытые глаза жены ― это было последнее, что он увидел. Часовой, испугавшись такого громкого возгласа, ударил протодиакона Николая прикладом ружья по голове, тот не удержался и упал под колеса, набиравшего скорость, поезда…

… «А может и лучше, что погиб он мученической смертью, а не сгинул где-то в северных лагерях?» ― Эти слова своего деда я не забуду никогда. И они не кажутся мне страшными, ведь у Бога все живы. И мы верим, что принял Он светлую душа нашего прадеда…

Еще одна страница из семейного архива, историю рода продолжает молодой человек с утонченным, аристократическим лицом ― мой дедушка

Алексей Николаевич. Его, совсем юного, мать вывела на дорогу, дала небольшой узелок с вещами и хлебом и сказала: «Забудь, сынок, свои имя и фамилию. Благословляю тебя самому строить свою жизнь. Иди в люди». Тем самым прабабушка спасла сына от тюрьмы и смерти. Сама же она прожила еще совсем не долго.

графский род4

Мой дед назвал себя именем друга детства ― Сашкой Вахоровским. Нанялся рыбаком на Байкал, потом был шахтером, а когда началась Великая Отечественная война, пошел в армию. Кстати, служить ему пришлось в войсках правительственной связи.

Всегда знал он одно: «Нет ничего важнее и выше любви к Родине». Не было в его душе обиды за свою сломанную жизнь, за смерть отца, за горе матери. И шел с боями к Берлину, не жалея себя, боец Вахоровский. Много страшного видел он, не раз смерть была рядом, но как сам говорил: «Господь хранил всегда и везде».

В наследство от своего отца Алексей получил недюжинную физическую силу и прекрасный сильный голос. Частенько пел он со своими друзьями на фронте, а после войны это и вовсе стало семейной традицией, которая хранится и поныне ― любая встреча с родными без песни не обходится. Семьдесят три километра не дошел дед до Берлина, войну закончил в пригородах немецкой столицы.

Но тут-то и поджидала его неожиданная встреча: увидел он земляка, да тот и признал в нем не Сашку В., а Лешку Тимашева. И снова пришлось бежать, скрываться, чтоб не арестовали как сына врага народа, не упекли в лагеря. Однако пришла и мысль, что негоже отказываться от своей фамилии ― это все равно, что отказываться от отца и деда. И он дал себе слово ― обязательно вернуть свое настоящее имя и сделать все, чтобы не посрамить его.

Вместе со всем народом дед мой принял испытания послевоенных лет, не гнушался никакой работы, и Господь вознаградил его. Однажды на лесозаготовках встретил он чудесную девушку Ольгу, а через некоторое время женился на ней. Бабушка Оля, 20-летняя девушка, только через некоторое время узнала, сколько было лет ее суженому ― целых 45, чего и нельзя было сказать по дедушке.

Всегда тянулся Алексей Николаевич к Церкви, его охотно брали певчим за чистый голос…

 графский род3

… Я опять беру в руки фотографию, тут семья молодого деда Леши и бабушки Оли с первым сыном (моим папой). Спустя несколько месяцев он станет диаконом, фамилия восстановится и супруги назовутся Тимашевыми.

Четверо детей выросло в этой семье: среди них и мой папа ― Леонид Алексеевич. Он рассказывал нам о дедушке: характер у того был не простой, мог и правящему архиерею резко высказать правду в глаза и с уполномоченными по делам религии не всегда ладил. Детей держал в строгости, но любили они его беззаветно, так как был он для них еще и самым лучшим другом.

Все поняли, что жить надо по совести и трудиться в меру своих сил. Так, брат моего отца был всю жизнь моряком на Дальнем Востоке, одна из сестер ― учительница, другая ― закройщица одежды.

Папа же пошел по стопам своих крепких предков и стал священнослужителем. А теперь он и нас научил уважению и любви к дедушке, к нашим корням, хотя деда живым мы так и не запомнили ― маленькими были, когда дедушка отошел ко Господу на 92 году жизни.

История человека, семьи, страны ― три этих понятия не существуют сами по себе, не развиваются параллельно, они тесно связаны друг с другом. И когда я вновь перебираю фотографии семейного альбома, то понимаю, что как бы нам ни было обидно и больно за своих родных, стоит помнить: «времена не выбирают, в них живут и умирают». Хочется добавить: «Живут и умирают достойно, отдавая всего себя Богу и окружающим» ― именно это наполняет наше существование смыслом.

Еликонида Милехина, газета "Логосъ"

Прочитано 59 раз Последнее изменение Четверг, 28 Декабря 2017 20:55
Другие материалы в этой категории: « На пороге нового года Кого примут в монахи »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены