Священнослужители иначе называются клириками (от греческого «клир» – жребий). То есть это люди, которым выпал жребий предстоять пред Богом. Посвящение в священный сан называется хиротонией (с греческого дословно – «рукоположение») и совершается на божественной литургии особым чином.
Помимо высших степеней священства есть и низшие – чтец и иподиакон, посвящение в эти чины называется хиротесией. Однако обычно под словом «священнослужитель» мы подразумеваем представителей трех степеней священства: диаконов, пресвитеров и епископов.
Диакон не может самостоятельно совершать таинства и храмовое богослужение, он является как бы помощником во время службы, произносит прошения, читает Евангелие, имеет право касаться престола и других священных предметов.
Священник (пресвитер, иерей — в обиходе тот самый «батюшка») может самостоятельно совершать все таинства, кроме рукоположения других священнослужителей. Протоиереи, протопресвитеры, иеромонахи, игумены и архимандриты также являются носителями этого сана.
Епископ может совершать уже все таинства — это высшая степень священства. Архиепископы, митрополиты и патриархи носят именно этот сан, иначе их еще называют архиереями.
Для начала нужно сказать о таком понятии, как призвание к священству. Очевидно, что человек, не имея призвания к своему делу, может и совершать его, но с мучением для себя и низкой эффективностью. В отношении призвания к священнослужению принято указывать две составляющие: внутреннее и внешнее призвание. Внутреннее относится к личности человека. Во-первых, сам человек должен иметь крепкую веру, чувствовать склонность к пастырству, хотеть этим заниматься и любить богослужение. Как-то одного известного современного проповедника спросили, какой предмет самый важный для священника, и он моментально назвал литургику, т.е. науку о богослужении, потому что в первую очередь священник должен «править службы»: служить литургию и совершать другие последования. Естественно, во время выполнения своих прямых обязанностей он должен делать это с любовью к Богу и к своему труду, в противном случае богослужение превратилось бы в насильственную повинность.
Во-вторых, будущий пастырь должен иметь решимость служить у престола всю жизнь в тех условиях, в которых придется. Это не та профессия, где можно «попробовать себя» или поработать временно, пока не найдешь что-то более подходящее. Апостол Пётр некогда сказал Господу: «Вот, мы оставили всё и последовали за Тобою» (Мф. 19:27), и эти слова кандидату в священники придется повторить про себя.
Внешнее призвание бывает не у каждого, оно может проявиться в необычных обстоятельствах, когда Бог приглашает человека на некое служение. Особенным образом Бог призывал многих ветхозаветных пророков, например, это мы можем прочитать в ветхозаветных книгах Исаии, Иезекииля и других. В Новом Завете самое, кажется, яркое призвание было у апостола Павла, который до принятия христианства был его преследователем и носил имя Савл. По дороге в Дамаск он услышал голос с неба: «Савл, что ты гонишь Меня?» В ответ на вопрос, чей это голос, будущий первоверховный апостол услышал: «Я Иисус, Которого ты гонишь». Савл потерял зрение и был исцелен апостолом Ананией, который сначала даже убоялся идти к нему, зная его как ревностного гонителя христиан. Так началось апостольское служение Павла.
Фото: Марина Стротова
Преподобный Антоний Великий услышал в церкви слова Евангелия: «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах... и следуй за Мною» (Мф.19:21), и буквально исполнил их. Широко известны обстоятельства прихода к вере будущего митрополита Антония Сурожского. В четырнадцатилетнем возрасте после присутствия на беседе с богословом отцом Сергием Булгаковым мальчик Андрей Блум побежал читать Евангелие, потому что рассказ отца Сергия вызвал в нем отторжение и вместе с тем желание разобраться. Во время чтения самого короткого Евангелия от Марка Андрей почувствовал, что напротив него, по ту сторону стола, стоит Христос. С того момента христианство перевернуло жизнь будущего иерарха. Здесь чувствуется момент избранничества.
Господь Иисус Христос сказал апостолам: «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод» (Ин. 15:16). Это не повод к превозношению для священника, а констатация того факта, что священство он получил не только лишь своим желанием и усилиями, а благоволением Божиим.
Автор этих строк когда-то в детстве, стоя в храме на литургии, смотрел на детей-пономарей и думал, что они непременно были детьми священников, и обычным прихожанам такое не доступно. Духовенство казалось довольно закрытым сословием. В Российской Империи человеку из другого сословия стать священником было действительно непросто, дети священников шли учиться в духовные учебные заведения, и предполагалось, что они продолжат дело своих отцов, хотя часто они не хотели этого. Но так было не всегда, и сейчас, конечно, происхождение человека не играет роли, он может быть даже из неверующей семьи, главное – личная вера.
Кстати, в истории были необычные по нашим временам случаи, когда достойный человек в течение недели принимал крещение и возводился в сан епископа. Например, святитель Амвросий Медиоланский. В те времена многие христиане были крещены во взрослом возрасте, и крещение становилось новым этапом жизни после длительной подготовки. Нам сложно это представить, но некоторые византийские императоры, в том числе и святые, были крещены лишь на смертном одре. Будущий епископ Амвросий был уважаемым градоначальником, христианином, еще не принявшим крещение. Он показал себя как человека, способного примирять враждующих, и в период распространения арианской ереси после смерти местного епископа горожане сочли его кандидатуру наиболее подходящей для епископского служения.
Кстати, 45 правило Карфагенского собора предписывало «епископов, диаконов и пресвитеров не рукополагать, пока они всех в своем доме не сделают православными христианами», но на практике в современном мире строгое следование этому канону ограничило бы возможность служения многих хороших священников.
В целом к соблюдению канонов есть два подхода, которые подразумевается сочетать, а не противопоставлять: акривия (ригористичное, точное выполнение) и икономия (допущение нестрогого соблюдения, исходя из соображений пользы для Церкви).
Канонический свод, с одной стороны, не теряет своей актуальности, с другой, не является этакой безапелляционной исторической окаменелостью, ведь формы церковной жизни имеют свойство меняться, развиваться и даже уходить в историю. К священнослужителям и кандидатам в священники относится большое количество канонов. Приведем наиболее общие. В случае несоответствия ставленника этим правилам говорят, что он имеет канонические препятствия ко священству.
Прежде всего, священником может стать только крещеный мужчина. Каноны запрещают рукополагать тех, кто уклонялся в ересь, публично отрекался от веры без угрозы насилия, совершал грехи против седьмой заповеди, оскоплял себя и других, убивал. В древности совершение таких грехов предполагало публичное покаяние, и рукоположение таких лиц как минимум привело бы к соблазну верующих. Грехи, совершенные до принятия крещения, в большинстве своем не являются препятствием к принятию сана, так как они полностью омываются в таинстве. Но некоторые в любом случае не могут быть проигнорированы.
Ставленник должен соответствовать сану и физически: не иметь телесных пороков, которые очевидно мешают служению (глухота, слепота, и т.д.). Выше упоминался грех убийства как каноническое препятствие. Стоит сделать уточнение, что это не касается воинов, и мы знаем множество отличных священников из числа бывших солдат и офицеров. Но действующий священник не может принимать участие в боевых действиях и на фронте может выполнять только свои пастырские обязанности. Трулльский собор (VII век) установил минимальный возраст в 25 лет для рукоположения в сан диакона и 30 – в сан пресвитера, но этот канон строго не соблюдался ни в древности, ни в современности, и согласно современному Уставу Русской Православной Церкви минимальный возраст для рукоположения в диаконы и священники – 18 лет, хотя, конечно же, такие случаи единичны.
Многие правила касаются семейной жизни священника. Православная Церковь, в отличие от Римско-католической, не считает обет безбрачия (целибат) обязательным условием для священства. Гангрский собор (IV век) предполагал даже прещения для тех людей, кто считал брак нечистым. Священник может либо быть женатым, либо быть монахом, либо принять целибат, но не монашество. Последний вариант в целом редок. В России первым целибатным священником стал Александр Горский, профессор Московской духовной академии, в XIX веке. Такая форма в большинстве своем не приветствуется, допустима после «особливого испытания» для мужчин уже разведенных или не младше 30 лет, которые по тем или иным причинам не готовы принять монашество.
Фото: Марина Стротова
Выбор между браком или монашеством происходит до принятия сана. Для священнослужителя допустим один единственный брак в его жизни. Второй брак до принятия сана или тем более после, а также сожительство недопустимы даже в случае вдовства. Интересно, что ряд правил напрямую относится не к самому священнику, а к его супруге. В целом к ней требования те же, что и к ставленнику: принадлежность к православию, целомудрие до единственного брака. Крепкая семья является важнейшей опорой в жизни священнослужителя, и нестроения в ней чреваты различными искушениями, которые могут угрожать в том числе и его служению. Соответственно, выбор спутницы жизни ставленник должен осуществлять обдуманно, без спешки, а не из желания быстрее жениться и получить сан.
Положим, некий юноша твердо уверовал в Бога и захотел стать священником, когда вырастет. Что ему делать дальше? Если ответить одним словом на вопрос заголовка статьи, то батюшки берутся с прихода. Каждый священник когда-то был простым прихожанином, и принадлежность к определенной общине важна, потому что именно на этом уровне человек воцерковляется: принимает участие в таинствах, вбирает в себя опыт церковной жизни и в конце концов свидетельствует о себе как благочестивом христианине, который желает послужить Богу, приняв священный сан. Поэтому нашему герою, если он еще не является постоянным прихожанином определенного храма, стоит им стать. Крайне желательно быть на приходе деятельным, с благословения настоятеля помогать в алтаре или на клиросе. Это даст бесценный опыт, который пригодится в будущем.
Для принятия сана нужна также богословская подготовка, иными словами – духовное образование.
В дореволюционный период система духовного образования была более мощной, чем сейчас. Будущие священнослужители обучались в духовных училищах, семинариях и академиях. Сейчас в России почти нет духовных училищ. Основная нагрузка приходится на семинарии, которые нынче, в отличие от дореволюционной системы, являются высшими учебными заведениями. Окончивший курс семинарии становится бакалавром богословия. Для поступления в семинарию необходимо получить среднее общее образование (11 классов) и сдать необходимые государственные экзамены. После этого абитуриент берет у настоятеля прихода рекомендацию в местную семинарию или благословение правящего архиерея на поступление в учебное заведение, находящееся в пределах другой епархии. Там необходимо пройти вступительные испытания на знание основных вероучительных истин.
Курс бакалавриата длится, строго говоря, 4 года при очном обучении, но общепринятой практикой является наличие подготовительного курса, который длится год и на который зачисляется большинство поступающих. В некоторых семинариях существует заочное отделение, но туда, главным образом, благословляется поступление людей семейных, немолодых или монашествующих. Очное обучение предпочтительно, потому что семинария – это духовная школа, в которой не просто дают теоретические знания, а воспитывают будущих пастырей. По окончании семинарии выпускник не становится автоматически священнослужителем (кстати, во многих учебных заведениях существует традиция пострижения старшекурсников во чтецы), он имеет право не принимать сан по своему желанию, но в таком случае годы обучения конкретному делу не выглядят целесообразно.
Рукоположение может быть совершено во время обучения. Современный образовательный ценз таков: для рукоположения в сан диакона достаточно окончания духовного училища или наличия полного дополнительного церковного образования (центр подготовки церковных специалистов) или прохождения курсов профессиональной переподготовки, или обучения на 2 курсе семинарии. Для рукоположения в сан иерея достаточно учиться на 3 курсе бакалавриата духовного учебного заведения.
На практике рукоположение происходит обыкновенно на старших курсах или после окончания семинарии. Однако епархиальный архиерей имеет право пренебречь образовательным цензом, если это целесообразно. В таком случае священнослужитель может получать духовное образование заочно постфактум, это было распространено пару десятилетий назад в связи с острой нехваткой священнослужителей в условиях массового возрождения приходской жизни. По окончании программы бакалавриата можно продолжить обучение в магистратуре духовной академии, а затем и в аспирантуре и докторантуре.
Когда семинарист женился или принял монашество, он пишет прошение на рукоположение. Решение о его хиротонии принимает правящий архиерей. Ставленник обыкновенно проходит специальное испытание на «профпригодность», а также ставленническую исповедь, где исповедует грехи своей жизни и свидетельствует об отсутствии канонических препятствий. Перед рукоположением он принимает присягу.
Все степени священства проходят постепенно. Допустим, ставленник должен принять иерейский сан. В таком случае сначала его постригают во чтецы, затем происходит хиротесия в иподиаконы, потом хиротония в диаконский сан, а потом уже долгожданное рукоположение в сан священника. Естественно, всё это совершается не в один день. После рукоположения ставленник проходит «курс молодого бойца» в виде продолжительного ежедневного совершения богослужений, который в обиходе именуют сорокоустом. Затем епархиальный архиерей направляет его на место служения.
Пенсионного возраста в привычном понимании у священника нет. Он призван служить у престола всю жизнь, и с наступлением государственного пенсионного возраста в его жизни ничего не меняется. Священник может уйти за штат по состоянию здоровья или в силу других обстоятельств в любом возрасте. По благословению архиерея выход за штат может быть с правом служения или без. Священнослужители обязательно пишут прошение о почислении за штат по наступлении возраста 75 лет, однако оно может быть не удовлетворено.
Может ли священнослужитель перестать быть таковым? В случае совершения священником дисциплинарных проступков или канонических преступлений (увы, все люди могут пасть, такое бывает и с клириками) к нему могут быть применены различные прещения. Например, запрет в служении. В таком случае сан не снимается, но священнослужителю запрещается совершать богослужения на определенный срок или до принесения покаяния. Тяжкие нарушения (блуд, воровство, симония – продажа церковных должностей – и т.п.) влекут за собой извержение из сана. При этом таинство священства сравнивают с таинством крещения в плане его необратимости, на человека оно «полагает неизгладимую печать», согласно «Посланию патриархов Восточно-кафолической Церкви о православной вере». Оно не совершается повторно даже в случае незаконного лишения сана, которое в таком случае просто признается недействительным. Поместный собор 1917-1918 гг. отрицает возможность восстановления лишенных сана в формате помилования. Вопрос утери благодати является дискуссионным в богословской среде. Так извержение из сана можно трактовать как минимум как констатацию факта падения священнослужителя и невозможности совершения им служения в дальнейшем во избежание злоупотребления благодатным даром.
В заключении хотелось бы вспомнить слова Господа: «Жатвы много, а делателей мало» (Мф. 9:37). Таинство священства – таинство не для всех, но важное для каждого. И в наши времена, как и раньше, оно ждет своих ревностных делателей.
Священник Пётр Гевурян