Мне вообще кажется, что по-настоящему год начинается не 1 января, и даже не 1 сентября, а на Пасху. Живем мы от Пасхи до Пасхи и в Ней черпаем силы, чтобы жить дальше.

Каждый христианин однажды задаётся вопросом: что такое моё очередное падение? Как часто в своей собственной бытовой религиозной «теплохладности» человек воспринимает грех как нечто нормальное, обыденное, выводимое из присущей человеческому естеству слабости и несовершенства. А святость, наоборот, принимает как нечто экстраординарное. Но это же неправильно! Каждому из нас, тебе и мне, дано всё для святости! Даны Таинства, Евангелие, Сам Христос, наконец! А я - «падаю».

С руководителем Отдела по религиозному образованию и катехизации Рязанской епархии протоиереем Сергием Рыбаковым, кандидатом физико-математических наук, заведующим кафедрой теологии Рязанского государственного университета, беседует Ирина Евсина.

Священника Александра Гривина знают, наверное, все строительные фирмы Рязани. Знают — и не удивлюсь, если завидуют. Пока в городе годами дряхлеют коммерческие долгострои, он за 6 лет возвел примерно четырнадцатиэтажку. Батюшка строит храм во имя святителя Василия Рязанского — самый большой храм в Рязани. До отметки в 42 метра — а это как раз высота четырнадцатиэтажки — он добрался на пожертвования и с помощью добровольцев.

В 17 лет я поступил в ГИТИС, из 600 поступавших приняли только 35. Мечтал стать актером и шел к этому самоотверженно – отдавался профильным занятиям настолько, что похудел на 15 килограмм. Сегодня мне 27, и я не актер, а студент духовной академии. Но мечта у меня есть, правда уже другая – стать священником.

А.И.Солженицын известен всему миру как великий писатель. Но он также был и публицистом, философом и общественным деятелем, который болезненно воспринимал несправедливости окружающей действительности и всегда старался предложить свой путь преобразования общества.

С середины декабря время ощущается иначе. Оно неумолимо бежит, едва ты успеваешь открыть утром глаза. Непреодолимо хочется взять в руки молитвенник и с радостью отдаться тихой молитве. Но будни затягивают в свой убыстряющийся круговорот. Некогда.

Мы привыкли к тому, что внешне мир предсказуем и стабилен, и строим отношения с ближними из эдакой «презумпции бессмертия». Текущая ситуация, заставляющая нас паниковать в соцсетях и разговорах с домашними, вскрыла ровно обратное. Человек смертен, а мир — хрупок.