shapka

Суббота, 16 Мая 2020 07:13

Неизвестный подвиг юного героя

Оцените материал
(0 голосов)
Неизвестный подвиг юного героя www.shutterstock.com

Отец моего прадеда был священник. Он служил в небольшой христианской церкви в горном селении на Кавказе. Известно, что в те далекие советские времена священнослужителей не жаловали. 

Но нагрянула общая беда – война. Моему прадеду Автоному, а проще Томке, было всего десять лет. Его отец, братья и сестра подбирали раненых советских солдат, прятали их в горных пещерах. Там их лечили, как могли, используя разные настойки и примочки из целебных кавказских трав. А моему прадеду доставалось самое главное – вернуть солдат в советские части.

Ночами, по невидимым тропам, о которых не знал никто, кроме Томки, он, худощавый, костлявый мальчишка с огромной рахитичной головой, в старых сапогах, переношенных всеми старшими братьями, неприметный, низкорослый, почти под носом у фашистов переводил советских солдат ближе к фронту.

Однажды Томка возвращался домой за следующей группой бойцов. По дороге прилег отдохнуть и заснул. Проснулся от боли в голове и груди. Вокруг стояли фашисты.

Они прикладами автоматов ударяли мальчугана, чтобы разбудить. Мальчик вскочил на ноги. Немцы с презрением смотрели на оборвыша. Томка съежился, затрясся, глаза его наполнились слезами. Фашисты смеялись, и ни один немец не догадывался, что Томка их нисколечко не боится! А плачет он от досады, что не может сразу всех перебить.

Вдруг один немецкий солдат на очень плохом русском языке спросил, где здесь деревня: «Великий немецкий солдат хочет есть и отдыхать». Томка очнулся от оцепенения и трясущейся рукой показал на гору:
- За ней аул. Идти далеко. Сначала на гору, потом через мост, потом вниз в ущелье, а там и жилье недалеко.

Конечно, Томка отлично знал, что никакого аула в ущелье нет. И ущелье называют гиблым, мертвым. Мост был древний. После землетрясения им уже много лет никто не пользовался. Однако мальчишка решил, что лучше умрет, но заведет в эту пропасть несколько десятков фашистов.

Все заторопились и отправились в путь. Фашисты даже не могли подумать, что этот изможденный оборвыш знал здесь в горах каждый камень, каждый уступ. Томка петлял по тропинкам, вёл через обрывы и уступы. Немцы избили в кровь ноги. У них закончилась вода. Они стали злиться и орали на паренька. Наконец, появился вдали навесной мост. В ущелье под ним текла бурная река. Это была вода! Вода!

Обезумевшие немецкие солдаты отшвырнули Томку и побежали по мосту. В хорошие времена, наверное, по нему ходили очень медленно, по одному. А тут?! В толчее никто не заметил, что мальчик пропал.

Бегущие впереди фашисты еще не добрались до конца моста, а последние уже прошли далеко от начала. Мост начал шататься и вибрировать. Полетели вниз доски полусгнившего настила. Начали рваться истлевшие веревки. Сразу немцы не заметили, что мост рушится, а потом было поздно. Обломки старого моста вместе с фашистами полетели в ущелье, будто жертва в пасть хищника...

А мой прадед Томка пошел домой, чтоб завтра новых бойцов советской армии по тайными тропами переправить через горы на передовую.

Дети войны! Часто это были неизвестные герои, маленькие еще мальчики и девочки, которые совершали подвиги и о которых, во многих случаях, как о моем прадедушке, Гладкове Автономе Антиповиче, простом поповском сынишке, никто не знал. И, вероятно, никто не узнает. Слава им, оставшимся в живых или погибшим на войне! Вечная Слава!

Мощенкова Кристина, 15 лет, Сасово

Посвящается моему прадедушке Гладкову Автоному Антиповичу

подготовлено в рамках проекта "Цветы на поле боя" Пронского Спасо-Преображенского монастыря

3 место в номинации "Литература"

 

Прочитано 131 раз Последнее изменение Вторник, 12 Мая 2020 15:17
Другие материалы в этой категории: « Подвал Моя прабабушка – снайпер »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены