shapka

Четверг, 29 Декабря 2016 07:12

Приходские истории: "Исцеление псалмом".

Оцените материал
(1 Голосовать)
Приходские истории: "Исцеление псалмом". Фотограф Антоний Тополов

Эта история случилась в далеком северном монастыре, куда я, будучи студенткой филологического факультета университета, отправилась для ознакомления с монастырской жизнью.

Монастырь затерялся в бескрайних лесах и холмах… Зимой там почти все время была ночь. Подобно ангельским очам горели над ним огромные бриллиантовые звезды. В центре стоял величественный каменный храм в честь Архистратига Михаила, а вокруг него потонули в снегах немногочисленные кельи инокинь.

Гостей в монастыре было немного – я одна. И меня тут же определили помогать на кухню, которой заведовала старенькая монахиня Анфиса. И нельзя сказать, что мне было там легко.

С утра до вечера я мыла и чистила овощи, таскала воду и дрова, мыла посуду, пол, выполняя на кухне всю грязную работу. И так приобщалась к трудной жизни затерянных в глуши подвижников.

А ведь я к тому времени изучила старославянский язык, могла читать и петь, неплохо знала церковную службу. Мне, конечно, хотелось бы тоже помогать в храме, но туда меня не звали. Да и матушка Анфиса была совсем неразговорчива.

И вот однажды все инокини во главе с настоятельницей уехали по приглашению в другой монастырь. Остались лишь молодой священник, да те из насельниц, кто не мог бросить хозяйство. Я, жительница более теплого региона, даже не подозревала, как крепки на севере морозы. Мои ботиночки и легкое пальтишко (зато черное) никак не могли мне помочь с ними справиться. И я простыла.

И вот стою я на своей кухне, чихаю без остановки, слезы текут, из носа течет, горло – как наждачка, пятый платок в руках совершенно мокрый, а я стараюсь работать. Анфиса молчит. Тут заходит к нам молодой священник.

– Анфиса, к нам же сегодня люди придут из окрестных деревень, Дмитровская суббота начинается! Службу-то читать некому!

– Я вообще неграмотная, – отвечает Анфиса.

– А Юлия-то говорила, что службу читать может! – Тут Отец Трифон посмотрел на меня, – пусть она и читает, отпусти ее с кухни!

– Отец Трифон, – говорю чуть не плача, – я ничего не могу читать, я совсем заболела.

Пауза.

– Анфиса, так вылечи ее! Читать-то сегодня совсем некому!

– Как мне ее лечить? Она сама не молится. Вот ее бес-то и мучает…

– Ну, это ты уж как знаешь, а надо, чтобы к четырем часам она читала…

Тут уж я не выдержала:

– Анфиса! Ну какой еще «бес»? И при чем тут молитвы? Ты же видишь, я мерзну, лучше бы валенки мне дала… – Слезы теперь уже не на шутку жгли мне глаза. Черствость старой монахини меня просто поразила. Себя было ужасно жалко.

Поворчав немного, Анфиса усадила меня у печки. Дала свои валенки и четки:

– Читай, горе наше, девяносто раз 90-й псалом.

– И чем мне это поможет? А чаю горячего?

– Читай и не болтай, – был ответ.

И я стала читать, передвигая пальцы по бесконечным анфисиным четкам. Много ли, мало ли времени прошло…

– Анфиса, я все прочитала. И, кажется, поправилась.

Болезни во мне не было и следа. Зато, неведомо откуда, появились силы.

– А я что говорю... Ну, иди уже в храм, люди собираются, – ответила монахиня.

Службу я прочитала здоровым голосом и ни разу не чихнула. Да и потом долго еще не болела. А суровая матушка Анфиса с тех пор стала казаться мне добрейшим человеком!

Кстати, в деревнях пожилые верующие люди до сих пор читают во всех бедах и напастях 90-й псалом царя Давида, который они бесхитростно называют «Живые помочи» – по первым словам: «Живый в помощи Вышняго...», то есть живущий под кровом Всевышнего.

А моим городским знакомым, которым я рассказывала эту историю, чтение 90 псалма святого царя Давида тоже не раз приносило облегчение в болезнях и помощь в душевном смятении, как впрочем, и чтение всей этой удивительной и издревле любимой нашим народом книги – «Псалтирь».

Прошли годы, прежде чем я поняла, какой именно «бес» тогда меня мучил. Я его не видела в себе, а старая неграмотная, но опытная монахиня распознала сразу: имя этому бесу – гордость или гордыня. В православной практике она изгоняется смирением, а научиться настоящему смирению – всей жизни не хватит!

Однако многовековой опыт подвижничества научил православных иноков и инокинь бороться с ним мягко, не унижая человека, но эффективно... И один из образцовых учебников смирения – «Псалтирь». Она проникнута удивительным духом покаяния – без уныния. И духом смирения – с дерзновенным упованием на помощь Божию...

Юлия Долматович, газета "Логосъ"

Прочитано 2619 раз Последнее изменение Среда, 28 Декабря 2016 22:19

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены