Анна Воронкова позиционирует себя как социальный блогер. В своём блоге она помогает всем мамам (а может, и папам, но мамы – её основная аудитория).

С бюрократического на русский

– Последние семь лет все называют меня только «мама Аня», даже мои домашние. Началось всё так: однажды я попала на встречу рязанских мамочек с высокими чиновниками, и главный из них говорит: «Президент приказал узнать у мам из разных регионов, по какой причине они ограничиваются одним ребёнком и не хотят больше рожать. Почему так происходит?» Женщины начали задавать ему вопросы о выплатах, рассказывать о проблемах с детскими садиками, материальных и прочих трудностях. Чиновник стал перечислять положенные им виды помощи. У женщин возник логичный вопрос: «Почему мы об этом не знаем?» И тогда я говорю: «А давайте я вам помогу транслировать эту информацию через мои соцсети».

Сначала моё предложение отодвинули на второй план, но потом я начала атаковать обращениями сайт губернатора, и мне ответили. Выстроился доверительный диалог, и мне дали рекомендательное письмо, с которым я могу обращаться в любую структуру за необходимой информацией. Дальше как-то всё пошло по накатанной: я стала обращаться в разные организации, сама стала много читать, узнавать. Теперь у меня в соцсетях почти каждый день выходит пост про выплаты, какие-то полезные нюансы: где можно что-то получить, где в Рязани можно бесплатно оформить детское питание и т.п. Об этом ведь мало кто знает. Так я стала транслировать полезную информацию через контент своего блога.

Мой плюс в том, что я понимаю законотворческий язык и могу объяснить людям законы на простом человеческом языке. К сожалению, бюрократический язык и человеческий русский язык – это два совершенно разных языка, и обычная мама без юридического образования не может понять, о чём идёт речь, и разобраться сама.

Льготы есть. Но есть нюансы

– Вы могли бы вспомнить случаи, когда вы реально помогли мамочкам получить какую-то помощь?

– Практически каждый день встречаюсь с ситуациями, когда надо кому-то помочь. Вот одна из последних историй. У женщины забеременела 17-летняя дочка, школьница. Отец ребёнка постарше, ему 18, но он тоже школьник. Молодые родители решили оставить ребёнка и пожениться, взяли разрешение на брак в управлении образования. Они думали, что никаких выплат им не положено, и мама девочки в панике написала мне, что не знает, что делать, как быть. Я им рассказала, что положена выплата в 100 тысяч, и подсказала, как её получить. Сейчас деньги им уже пришли. Школьницы, попавшие в такую ситуацию, тоже имеют право на помощь от государства, как и студентки. Просто изначально, когда эту выплату ввели, решили информацию не озвучивать, дабы не привлекать к этому внимания – чтобы у школьниц не возникало мыслей о том, что можно забеременеть и легко получить большую сумму.

Буквально вчера мне написала женщина: «Аня, я еду в роддом, вспомнила, что не взяла с собой такие-то документы, это нужно было взять?» Я пишу: «Нет, не надо». Успокоила её.

Главное – просто понимать, куда ты можешь обратиться, к кому и за какой помощью. Я считаю, что это самая большая проблема. У нас разные выплаты в разных структурах. Они между собой вроде бы взаимодействуют, но нет такого, чтобы в одной структуре направляли в другую, подсказывали, куда обратиться. Все уповают на наличие МФЦ, что мы можем прийти туда и нам там расскажут про все выплаты. А по факту МФЦ – это просто принимающий документы орган. Там сидит человек, он забрал у тебя бумажку, передал куда-то дальше, и всё, полную консультацию он тебе по твоей ситуации дать не может. Есть много нюансов…

– И вы пытаетесь в них разобраться и помочь другим?

– Да. В этом мне помогает моё образование. Я окончила наш Рязанский государственный университет по специальности «муниципальное управление». Параллельно с учёбой подрабатывала документоведом. Когда началась моя активная деятельность, меня пригласили в молодёжную администрацию, избрали в Общественную палату Рязанской области. Какое-то время я даже работала в аппарате правительства области. Сейчас продолжаю тесное сотрудничество с ними, но в статусе социального блогера «МамАни».

– Какие семьи обращаются к вам за помощью чаще всего?

– Многодетные. У них много различных льгот, но и тонкостей всяких, в которые нужно вникать, тоже много – как, например, с получением автомобиля. Эти вопросы можно и нужно решать. При рождении третьего и последующего ребёнка сейчас выплачивают 300 тысяч, потом дают единое пособие. Есть возможность получения земли и налоговые льготы на землю, на движимое и недвижимое имущество. Чтобы их оформить, нужно обратиться непосредственно в налоговую. Об этом мало кто знает и почему-то никто не говорит.

Вот пример – семья священника, живут в области, у них семеро детей. Мама вообще не знала, что им положены какие-то выплаты, никогда за ними не обращалась. Когда мы с ней всё оформили, она в изумлении мне сказала: «Мне пришло несколько пособий подряд, я смотрю и не верю своим глазам, что это мне на самом деле полагается».

Недавно у меня на консультации была многодетная мама. Когда она была беременна и ещё не ушла в декретный отпуск, работодатель отказался оплачивать ей больничный. Что-то ему доказывать у неё не было сил. Уже после родов она обратилась ко мне, и мы взялись разматывать это дело, обратились в трудовую инспекцию, принесли работодателю законодательные документы и доказали, что он неправ, что он, по сути, обманул человека, лишив положенных выплат. Задним числом ей всё-таки всё выплатили, потому что, по сути, работодатель нарушил закон.

Семейная история

– Ваш личный опыт выстраивания отношений в семейной жизни, воспитания детей помогает вам быть той палочкой-выручалочкой, к которой прибегают многие женщины?

– Моя история семейной жизни очень непростая. Может быть, кого-то она мотивирует, поможет, даст понять, что в некоторых ситуациях нужно не расставаться, хлопнув дверью, а просто сесть и поговорить. Я была замужем, но, когда нашей дочке исполнилось три года, у нас с мужем накопилось очень большое количество недопониманий и споров, и мы развелись по моей инициативе. После развода мы вообще не контактировали, он общался с дочкой, но не помогал нам.

Но спустя два с половиной года мы с ним решили поговорить. Получилось это так. Мне хотелось, чтобы он побольше уделял внимания дочке и участвовал в её воспитании. Тогда я попросила свою знакомую, которая работала в храме, помолиться за него. Проходит неделя, и мы с ним встречаемся в магазине. Он предложил меня подвезти, а потом говорит: «Пойдём вместе уложим дочку спать». Уложили мы дочку, а потом начали с ним разговаривать и проговорили всю ночь. После этого мы два месяца мы каждый день встречались и разговаривали, обсуждали, что мы сделали не так, как получилось, что всё у нас пошло не так. В итоге мы снова расписались.

Мы вновь вместе уже два с половиной года, у нас родился ещё один ребёнок – мальчик. Живём душа в душу.

Соединившись вновь, мы стали относиться друг к другу более внимательно. Вот, например, мой муж видит, что я уже на пределе сил, работаю каждую ночь, а его посылают в командировку в Питер. Договорился сам с бабушками, чтобы посидели с детьми, и предложил мне поехать с ним, просто расслабиться. Через два дня мы вернулись домой, и я уже была в другом состоянии. Понимаю, что, если бы мы не расходились, такого бы не было.

Мы с мужем партнёры по жизни, он мой лучший друг. Но он стал таким только во втором нашем браке. В первом браке он тоже был моим лучшим другом, но тогда мы искали ещё внимания и общения от других людей. А сейчас нам очень комфортно вдвоём. Мы обсуждаем всё на свете, всё рассказываем друг другу, нам интересно вместе. Мы вовремя сумели простить друг друга, но не воссоединились бы, если бы не любили. Любовь победила, и сейчас муж – самый родной мой человек.

– Не вспоминаете прежние обиды?

– Нет, совсем нет такого. Мы даже не выбрасываем эти два года из срока нашего брака, и, когда празднуем годовщину, считаем общий срок. Как будто мы просто были в отпуске. Наши старшие дети (наша общая дочь и дочь мужа от первого брака) даже не помнят, что мы расходились. Из их памяти это стёрто, и это самое главное для нас.

В печали и радости

– Анна, остаётся ли у вас время на то, чтобы ходить в храм – самой и всей семьёй?

– Да, конечно. Сначала ходили в Екатерининский храм, где служил батюшка с которым мы очень близко общались. У нас была трагедия в семье: моя двоюродная сестрёнка родилась с врачебной ошибкой и не дожила до двух лет. Я рассказала об этом батюшке и он нас очень поддержал.

В жизни нашей семьи периодически участвует и отец Константин Иванов, настоятель Покровского храма на площади Новаторов. Недавно мы крестили там нашего сына. Я очень хотела, чтобы его крёстной была моя младшая сестра. Ждали целый год, и вот она стала крёстной нашего сына. Крестили мы его опять же в день памяти святого Димитрия Ростовского.

– Бывает ли, что вам как блогеру задают вопросы, касающиеся церковной жизни?

– Да, бывает. Я написала в блоге, что мы наконец крестили сына, рассказала об отце Константине, какой он добрый, открытый, как он любит детей, и меня сразу стали спрашивать, где этот батюшка, как его найти. Ещё рассказала, что он в какой-то момент после крестин достал конфеты и начал всем раздавать. И смотрю – наши бабули и дедули, которые стояли с серьёзными, напряжёнными лицами, вдруг расцвели, заулыбались. Казалось бы, какая-то мелочь, конфетка, а напряжение сразу спало, стало как-то легко на душе. Вот эту детскость нам нужно уметь сохранять во взрослой жизни. Батюшка сохраняет в себе это тепло, и ещё в нём есть что-то юношеское, он всегда улыбается. Когда его вижу, сразу исчезают плохие, тяжёлые мысли.

О грустном

– У меня есть заболевание – алопеция, при котором выпадают все волосы. Поэтому бывает, что обижаюсь на жизнь. Я всегда мечтала о длинных волосах, хотела их отрастить. Как раз тогда, когда они наконец отросли до пояса, вдруг все выпали.

– Слышала, как вы об этом рассказывали с высокой трибуны. Вы не стесняетесь говорить о своём заболевании?

– Нет, не стесняюсь. Раньше ходила без парика, только последнее время стала ходить в парике, и то потому, что на официальных фотографиях меня стали часто обрезать. Выкладывают фотографии, смотрю – а меня там нет. Плечо, рука моя есть, остальное обрезано.

– То есть стесняются вас?

– Наше общество ещё не доросло до того, чтобы относиться к людям с физическими недостатками так же, как к здоровым. Я заболела в 2020 году и первое время, до 2023 года, ходила без парика. У меня была короткая стрижка, волосы отрастали и выпадали снова. Муж на это не обращал внимания, говорил, что любит меня в любом виде. Но я стала замечать, что, когда иду по улице, на меня смотрят косо, показывают пальцем: «О, ты болеешь? Ты что, скинхед? Ты зачем побрила голову? Ты что, сумасшедшая?» Каких только выражений не было. Это было тяжело переживать. Я поняла, что нужно ходить в парике, чтобы не вызывать лишних вопросов и недоумений.

– Вы входите в сообщество, в котором люди с алопецией друг друга поддерживают?

– Да, без поддержки нам тяжело. Со временем я влилась в сообщество людей с алопецией. Такие сообщества необходимы, потому что люди, когда заболевают, начинают искать в соцсетях информацию, что с этим делать, и им важны отклики тех, кто уже имеет опыт жизни с этой болезнью.

– Бывает, что вам задают вопросы, как человеку с какими-то физическими проблемами адаптироваться в обществе?

– В основном меня спрашивают об алопеции, но бывает, что пишут люди и с другими аутоиммунными заболеваниями. Я им тоже подсказываю, куда обратиться, как жить с такой болезнью. В нашем обществе, к сожалению, на самом деле очень большие проблемы с пониманием и принятием таких людей.

Муж понимает

– Вы уделяете очень много времени людям, работаете и по ночам. Как муж к этому относится?

– Несмотря на то, что я сейчас в декрете, я оформлена как самозанятая, даю консультации женщинам по вопросам выплат. За многие годы у меня накопились знания по этой теме, есть хорошая база. Муж настоял, чтобы я не только помогала людям безвозмездно, но и вносила свою лепту в бюджет семьи. Я всегда на связи со своими клиентами. Бесплатно, конечно, тоже продолжаю консультировать.

Муж привык к такому моему графику. Мы вообще ко многому адаптивно относимся. Например, для нас норма иногда вызвать клининг. Лучше я поработаю, заработаю денег и приглашу человека, который мне поможет убраться в квартире. Муж с меня снимает задачи жены и говорит, что это нормально, мы живём в современном обществе.

Я хочу самореализовываться, и в то же время остаюсь женой и матерью. Нет такого, чтобы я дома не готовила еду. Нет, я готовлю, стираю, убираю, я с детьми круглосуточно.

За неделю до родов младшего сына я была последний раз на мероприятии – ездила на съезд многодетных семей, рассказывала там про пособия для многодетных. Через десять дней после родов уже пришла с коляской на заседание Общественной палаты Рязанской области. Я привыкла, что в жизни должна всё успевать.

Беседовала Ирина Евсина