shapka

Воскресенье, 28 Июля 2019 07:58

Завещание князя Владимира

Оцените материал
(0 голосов)

С князем Владимиром Киевским у нас связан набор идеологических стереотипов, который был навязан в СССР системой среднего образования. Первый из них гласит: Владимир ввел христианство на Руси как объединительную силу для разрозненных славянских племен. Причем вводил он новую религию с чудовищной жестокостью – «огнем и мечом». А выбор православия был обусловлен тем, что мусульманство запрещало употребление вина, иудаизм был недостаточно «державен», а католичество показалось пресным, как сухарь. Многое при этом остается совершенно непонятным. Например: почему этот прагматик и тиран остался в народной памяти с ласковым наименованием «Владимир Красное Солнышко»? Или: как он оказался в православных святцах?

Чтобы ответить на эти вопросы нужно погрузиться в мир князя Владимира и попробовать понять его с чисто человеческих позиций.

Язычество, которого придерживались славянские народы до принятия христианства – это вполне «рыночные» отношения с потусторонней силой. Отношения по принципу «ты – мне, я – тебе». Я тебе, милостивый небожитель, жертвую корову. А ты уж дай мне достаток, долголетие и умных детей. Через обряд жертвоприношения роды и племена заключали некий «контракт» с одним из языческих богов. Например, Перуном или Ярилой.

Оставшегося сиротой в юном возрасте Владимира дядя Добрыня воспитал в этом языческом духе: «Найди самого сильного бога, заключи с ним союз, почитай его и приноси жертвы – станешь сильным человеком!» Владимир в детстве слышал о Христе, которому покланялась его бабка Ольга. Но в его сознании Христос был не более, чем один из родовых богов предков. Мало ли богов? Если боги тебе благоволят – ты можешь делать многое. Например, пойти из Новгорода на Киев, где правит твой брат Ярополк, захватить город и убить брата. А потом – взять в жены его беременную жену. Ведь она не более чем военный трофей. Твое личное божество оказалось сильнее, чем божество Ярополка, и дало тебе победу.

Владимир стал властелином Киева как ревнитель «веры отцов» - язычества.

Как умный политический деятель, князь Владимир не мог не понимать, что единство страны обусловлено единством религиозных представлений. Поэтому он пошел на вполне логичный шаг, решив создать в Киеве главный на Руси религиозный языческий центр. Князь собрал идолов и их жрецов из всех подвластные ему славянских племен. Но тут возникла непредвиденная проблема. Перун считался главным богом языческого Киева. И в этом смысле жрецы были вполне готовы приносить ему жертвы в первую очередь. Но с какой стати в Новгороде или Пскове Перуну приносить жертву в первую очередь? Он божество князя, он лишь «первый среди равных», у каждого города свой бог-покровитель. Нарушить эту традицию – значит оскорбить богов. Идея централизованного культа трещала по швам.

Кроме того, были еще киевские христиане. Они категорически отказались поставить статую Христа на общем капище богов, а тем более – почтить Перуна. Мало того, христиане утверждали, что никакое племенной бог для них не господин: «Един Бог, един Господь Иисус Христос». Они отрицали само существование таких богов-покровителей!

Не помогла и демонстрация силы. Христианского юношу Иоанна совет язычников-жрецов определил как жертву на заклание. Христиане категорически отказались выдать члена своей общины. В ответ с санкции Владимира язычники сожгли двор, где жил юноша вместе с отцом боярином Феодором. Казалось бы: боги показали свою силу! Логичным было предположить, что христиане смиряться и вольются в общий религиозный хор прославления Перуна. Однако, этого не произошло. Христиане оказались тем камнем, о котором споткнулась религиозная реформа князя.

Владимир вполне мог отдать приказ истребить всех христиан Киева – как оскорбителей религиозных чувств языческого большинства. Но, во-первых, христиан в городе было много. Могли возникнуть осложнения.

Если каждый, как Федор и Иоанн, затворится в собственном дворе и окажет вооруженное сопротивление – придется сжечь половину Киева. А вторая половина сгорит вместе с первой: устроить в деревянном городе большой пожар - катастрофа.

Во-вторых, за киевскими христианами стояла Византийская империя. Учинить резню и оказаться в состоянии бескомпромиссной религиозной войны с самым могучим государством Европы было бы для князя Владимира политическим самоубийством. Торговые связи с Византией были слишком обширны, да и двухсторонние договоры нельзя из-за каприза жрецов выкидывать в помойку.

князь Владимир2Фрагмент картины В.Васнецова "Крещение Руси"

Таким образом, оказалось что «оскорбительному» пренебрежению киевских христиан по отношению к языческим богам князь просто ничего не смог противопоставить. У богов-покровителей Владимира была та граница, за которую они не могли переступить! Значит, Бог христиан, тот Бог, которому покланялась бабка князя Ольга – в чем-то сильнее Перуна!

Кроме того, христиане выдвинули «убийственный» аргумент. Они поклоняются Богу, Который над богами – Богу богов и Царю над царями. В сравнении с Ним все земные божества - ничто. Зачем им в качестве посредников языческие боги, если они напрямую общаются с Владыкой Неба?

Владимиру было о чем задуматься. С этого времени он стал часто беседовать с христианами, которые начали знакомить князя с верой его бабушки. Князь оказался в сложном положении. Душа его говорила об одном, а воспитание и окружение о другом. Он – плоть от плоти своего народа – такого же сильного, целеустремленного и мужественного оказался в положении сомневающегося человека. Сомнение в истинности языческих верований предков закралась в его душу.

Время показало, что Владимир правильно не поддался искушению и не поссорится с византийцами.

В Империи произошел военный мятеж. Военачальник северных легионов Фока выступил против центральной императорской власти. Дела у мятежника шли хорошо, а у центральной власти плохо. Мятежник занимал одну провинцию Империи за другой. Тогда императоры-соправители Василий и Константин начали поиск союзника, который сможет помочь переломить ситуацию. Через торговое представительство в Константинополе Владимир предложил свою военную помощь. Предложение это очень заинтересовало византийцев. Они на своем опыте знали о боеспособности русских. Дело было только в цене. Владимиру не нужны были торговые преференции. В качестве платы он попросил руку сестры императоров – царевны Анны.

Императоры пришли в ужас. Получить военную помощь от соседа – это, конечно, хорошо. Но сосед – язычник, причем из закоренелых. Мало ли ему что хочется? Любой правитель-варвар может сколько угодно мечтать о возможности породниться с самой легитимной властью в Европе. Но пополнять гарем Владимира сестрой императоры не собирались. Поэтому на военную помощь они согласились. А дальше пошло в ход византийское лукавство. Князь хочет жениться на сестре императоров? Нет проблем! Только пусть сначала примет Крещение, крестит дружину и народ. При этом священники должны быть именно греками! А дальше императоры обставили возможное замужество сестры столькими формальностями, что жениховство Владимира вполне могло затянуться на годы. А там, глядишь, северному варвару станет не до женитьбы. На это и рассчитывали в Константинополе.

Но Владимир имел свой взгляд на решение дипломатических формальностей. Присланный князем «ограниченный контингент» русских войск быстро утопил мятеж генерала Фоки в крови.

- Где невеста? – спросили императоров послы киевского князя.
- Мы что-то не слышали, что ваш князь крестился, - ответили императоры.
- Ах, не слышали? Скоро услышите!

С этим заявлением послы отбыли восвояси.

И князь Владимир «пошел креститься». С дружиной и собранным ополчением. Он осадил византийский город-колонию Корсунь (нынешний Херсонес). Посланцы от императоров прибыли незамедлительно.

- Я прибыл принять Крещение! – развел руками русский князь. - Вот возьму город – и крещусь. А потом поплыву к вам в Константинополь – жениться!

Надо сказать, что угроза военного похода русичей на столицу Византии на императоров произвела впечатление. Но угрожать просто. Сложнее взять хорошо укрепленный город. Осада Корсуни затянулась на несколько месяцев. От чрезмерного напряжения с Владимиром приключилась хворь: князь ослеп. Было ли это инсультом или инфекционным заражением глаз - неизвестно. История донесла до нас лишь то, что его воля осталась непреклонной. Город капитулировал. Но разрушить Херсонес князь не дал. Здесь, как и было обещано грекам, он принял Таинство Крещения. К этому времени в гавань уже входил величественный корабль с царевной Анной на борту. Братья-императоры решили не рисковать императорскими венцами и выполнить договор с грозным соседом.

Когда совершалось Таинство Крещения князя, произошло необъяснимое событие. Владимир прозрел. Одно это произвело неизгладимое впечатление на присутствующих. Но прозрел он не просто физически. Изменился и внутренний взгляд князя на мир.

Тайна этого духовного переворота осталась очень личной. Она и должна быть личной, ведь встреча с Богом происходит в глубине сердца человека. Можно судить лишь о последствиях обращения князя ко Христу. Из Корсуни в Киев приехал уже совсем другой человек.

Христианство – это не резервация и не бегство от проблем мира. Христианство – это в первую очередь мужество людей, решившихся пойти по пути открытия себя воздействию Христа. И хотя каждая жизненная ситуация уникальна, в случае с князем Владимиром уместно провести одну аналогию. История донесла до нас только один подобный случай радикального изменения всех устремлений и взглядов. Это апостол Павел. Удивительной встречи со Христом на пути в Дамаск хватило для того, чтобы из гонителя христиан он сделался апологетом христианства.

князь Владимир1

Что-то подобное, видимо, произошло и с князем Владимиром. У него хватило мужества посмотреть в глаза Христу. И еще больше мужества, чтобы не отречься от Него в водовороте политических бурь. Поменялся только вектор развития киевского князя, цельность натуры осталась прежней.

Современники только диву давались. Сначала князь отказался от своего гарема. Женщин он выдал замуж или отпустил на все четыре стороны, дав щедрый откуп. С женами он поступил также. Теперь у него была только одна жена – княгиня Анна. Устроив семейные дела, князь объявил народу, что отныне он христианин, и позвал людей на общее Крещение в Днепре.

- Кто не придет завтра на реку, да не будет мне друг! – веско сказал Владимир.

Для народа еще не существовало таких сугубо христианских изобретений как «права человека» и «свобода совести». Люди прежде всего считали себя частью племени и рода. Если князь – отец народа - так велит, значит - на то есть воля небес. Тем более, что никто тебя не принуждает отказываться от привычного образа жизни и не угрожает твоей жизни. И киевляне пошли креститься. Произошло это в 887 году.

Но Владимир не остановился на формальном крещении народа. Он стал открывать церкви, монастыри и школы, прекрасно понимая, что без обучения людей вера - не более, чем профанация. Интересно, что просвещать народ князь позвал не греков, а христианских священников из Болгарии, которые были ближе к народу по языку и культуре. Ставка была сделана на постепенное просвещение людей, на то, что христианство глубже, чище и выше язычества. Зачем поклоняться творению, если можно поклоняться Творцу? Время показало, что князь был прав. К XIII веку языческие капища не выдерживают конкуренции с церквями и монастырями, навсегда исчезая с территории Руси.

Случались и бунты. Оплотом языческой и государственной оппозиции стал Новгород. Туда князь послал своего воспитателя Добрыню, который не отличался кротким нравом и действовал вполне в языческом духе. Очаг сепаратизма был подавлен. Отсюда и появилось в последствии знаменитое «огнем и мечом»…

Дальше – больше. Однажды в княжеской церкви прозвучали евангельские слова «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут». Владимир воспринял этот текст буквально - как прямой призыв к действию. По его приказу нищие и убогие стали получать на княжеском дворе продуктовый паек и денежную помощь. По-сути, он первым среди христианских правителей создал «пенсию по инвалидности». Мало того, для людей, которые были не способны добраться до его двора, князь организовал «помощь на дому». По Киеву стали ездить телеги, наполненные снедью. Возницы, как говорил летописец, на городских улицах выспрашивали: «Где здесь больной или нищий, не могущий ходить?». Как только подобные люди в зажиточном Киеве находились, им раздавалось все необходимое.

А ведь до Владимира никому в голову не приходило, что делом князя может быть милосердие. Ведь в княжеские задачи входила только защита народа от внешних врагов и поддержание внутреннего порядка.

Очень ярко в народной памяти запечатлелись пиры князя Владимира. В отличие от предшественников, он, исполняя евангельскую заповедь о милосердии, звал на «почестен пир» всех горожан – от бояр и дружинников до последних нищих.

Подобная политика стала лучшей «рекламой» христианства. Не тогда ли в народе прозвали князя ласково «Владимир Ясно Солнышко»?

Владимир настолько проникся христианским духом, что пошел на отмену смертной казни.

- Сказано же: «не убий!» - изрек князь. - Боюсь греха!

Для всех без исключения христиан Таинство крещения – поворотный пункт биографии. Особенно это актуально для людей, которые не были воспитаны в христианских традициях и уверовали в сознательном возрасте. В таких случаях человеку приходится потратить десятилетия, чтобы изменить и привести свою жизнь в согласие с евангельскими заповедями. Вера и старые привычки вступаю в непримиримое противоречие, в нескончаемую борьбу за обладание душой человека. В случае с князем Владимиром произошел поворот души на 180 градусов.

Он как подсолнух к солнцу – сразу повернулся ко Христу со всей силой, со всей мощью своей цельной натуры. Он не говорил о христианстве, а сам стал христианином, чем потряс сердца современников.

Владимира в народе начали почитать за святого намного раньше церковного прославления. Просто потому, что люди понимали, что в его случае вера не была только нравственным усилием одного человека. Она была чудом. Чудом любви Владимира к обретенному в корсунской купели Крещения Христу, на которую Бог ответил Своею Любовью. Эта Любовь и стала главным заветом князя святого Владимира, обращенным к нам – его духовным потомкам: «Русь! Храни веру православную! В ней – твое утверждение!»

Александр Ильинский

 

Прочитано 288 раз Последнее изменение Суббота, 27 Июля 2019 13:09
Другие материалы в этой категории: « Кресты в Исадах "Тебе поем…" »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены